Начало Восточно-Прусской стратегической операции   Красной армии (РККА)

В своей книге «Всегда в бою»19 командующий 43-й армией А. П. Белобородов так описывал диспозицию сил: 

«Войска центра и левого фланга стояли на границе Восточной Пруссии, по реке Неман — от его устья близ залива Куришес-Хафф и далее на восток, вверх по течению реки до города Рагнит. Нам противостояли две крупные группировки немецко-фашистских войск: одна в Мемеле, другая — за рекой Неман, в районе города Тильзит. Они выполняли  оперативную задачу: прикрывали с севера Земландский полуостров, в глубине которого располагался Кенигсберг — главный город Восточной Пруссии и главная крепость этого насыщенного укрепленными полосами района. К началу января обе фашистские группировки были полностью вскрыты нашей разведкой. На тильзитском направлении оборонялся 9-й армейский корпус: 551, 548 и 561-я пехотные дивизии, три охранных полка, авиадесантный полк, 309-я бригада штурмовых орудий и несколько отдельных батальонов, не считая фольксштурмовцев. 

13 января 1945 года два корпуса — 90-й генерала Э. Ж. Седулина и 103-й генерала И. И. Миссана — занимали 130-километровый фронт обороны — от устья Немана до Тильзита. Вечером 19 января с переднего края стали поступать доклады: противник явно готовится к отходу, колонны автомашин и конные обозы направляются от Немана к юго-западу, в Тильзите гремят взрывы — фашисты подрывают промышленные предприятия и другие важные объекты.

Лед на Немане в январе зачастую не превышает и 10 см. Начальник инженерных войск армии генерал-майор Колмаков организовал инженерную разведку реки. Результаты ее обнадеживали. Саперы 182-й дивизии во главе с лейтенантом Кругловым, промерив толщину льда на Немане, доложили, что он повсеместно выдержит не только полковую артиллерию, но и более тяжелую дивизионную».  — вспоминал А. П. Белобородов.  

Ночью, в одиннадцать часов, 19 февраля стремительным броском по льду 115-я стрелковая дивизия 103-го корпуса начала форсировали пограничную реку Неман. Шли по льду. Лёд был изрыт разрывами, во многих местах проломан минами и снарядами. Чёрные полыньи дымились паром. Под ногами трещало. Люди ступали осторожно, но быстро: остановишься — накроет огнём. 

Сорокапятки тащили на руках. Колёса скользили, вязли в снежной каше, цеплялись за кромки проломов. Орудийные расчёты, задыхаясь, толкали их вперёд, будто от этого зависела вся война. Иногда так оно и было.

69-я немецкая пехотная дивизия била с того берега упрямо и зло. Тогда вступила наша артиллерия. Заговорили батареи 313-го полка. Снаряды ложились по огневым точкам, перекрёсткам, домам, где засели пулемёты. Ночь дрожала от вспышек. На мгновение становилось светло, как днём, и тогда были видны бегущие люди, лёд, дым и чёрные стены города.

115-я и 263-я дивизии сжимали Тильзит в клещи. Перед падением города среди немецких военных и администрации началась паника. Люди бежали, бросали машины, пытались прорваться на запад. К десяти часам утра 20 января 1945 года Красная армия полностью овладела Тильзитом. Всё произошло быстро, как часто бывало в последние месяцы войны: ещё ночью — бой, а утром уже тишина, битое стекло под сапогами и пленные, длинными колоннами уходящие на восток. Большой гарнизон сложил оружие. Те, кто пытался уйти к Куршскому заливу, были прижаты к воде и тоже сдались.

Из наградного листа:

"В наступательном бою 19.01.45 г. на Шетлебен (Тильзит) при прорыве сильно укреплённой обороны противника показал себя смелым, мужественным и решительным командиром. Он личным примером отваги и мужества, идя вместе со стрелками воодушевлял бойцов на выполнение поставленной задачи. Поставленная батальону задача - прорвать оборону противника, батальоном успешно была выполнена. Батальон под командованием т. Полещука форсировал р. Неман и выбил из траншей немцев, нанеся большой урон в живой силе и технике. Ведя траншейный бой т. Полещук лично из пистолета уничтожил 3-х противников и вынес с поля боя 2-х тяжело раненных своих бойцов к месту эвакуации.Батальоном было уничтожено до  70 солдат и офицеров противника, уничтожено и разбито 8 пулеметов, подбита 1 пушка.  За проявленное мужество и отвагу, умелое командование подразделениями, за нанесенные большие потери противнику в живой силе с малыми для себя потерями т. Полещук достоин награждения орденом "Красное Знамя". 

Командир 292 сп подполковник Маршавин

Немецкая открытка "Привет из Нойкурен (Замланд)(Пионерск)"

Война вошла в немецкие города и сёла. Теперь немецкая армия была вынуждена сражаться уже в собственном доме, на том пространстве, которое назвали «внутренней германской крепостью». Командующий 43-й армией А. П. Белобородов так вспоминал: 

«Боевая задача войск 43-й армии, а следовательно и передовых отрядов, состояла в том, чтобы, стремительно преследуя отступающих гитлеровцев вдоль побережья залива Куришес-Хафф, не давать им закрепиться в северной части Земландского полуострова, на заранее подготовленных рубежах по реке Дайме и в районе города Кранц. 

Из дивизии выделили передовой отряд — 292-й стрелковый полк20 под командованием Якова Маршавина. Ему приказали преследовать отходящего противника. И пошли дальше — днём и ночью, почти без передышки.

За трое суток прошли шестьдесят километров. Для штабной сводки это была цифра21. Для солдата — разбитые ноги, бессонные ночи, короткий привал в чужом сарае, кусок мёрзлого хлеба на ходу.

К концу января вышли к Дейме. Там немцы подготовили новый рубеж. Левый берег — высокий, крутой, в железобетоне. Доты, тяжёлые орудия, пулемёты, огнемёты. Правый — низкий, болотистый. После взорванных дамб вода широко разлилась. Всё превратилось в топкое месиво под коркой льда.

Такую преграду брать в лоб было почти невозможно. Наступление задержалось. Два дня готовились: подтягивали орудия, сапёры наводили мосты, искали проходы. И тут ударил мороз — настоящий, под двадцать пять градусов. То, что ещё вчера было жидкой грязью, стало камнем. Иногда сама природа воюет то за одного, то за другого.

Артиллерия работала без перерыва. Били всем, что было. Когда пошла пехота, лёд и земля уже дымились. Прорыв удался.

На территории Земландского полуострова развернулись ожесточённые бои. В западной его части сопротивление усилилось ещё и потому, что на севере Земланда заканчивал сосредоточение 28-й армейский корпус генерала пехоты Ханса Гольника, вышедший с 24 января по 1 февраля из Мемеля по Куршской косе — так называемая операция «Рак».

В состав корпуса входили вполне боеспособные 95-я и 58-я пехотные дивизии под командованием генерал-майора Йоахима-Фридриха Ланга и генерал-лейтенанта Курта Зиверта. Были там и части фольксштурма, и разрозненные охранные подразделения. По приблизительным подсчётам, корпус насчитывал до двадцати тысяч человек.

28-й корпус оказал частям 43-й армии крайне упорное сопротивление. Именно он задержал наступление севернее полосы 39-й армии и тем самым оголил её правый фланг. А 39-я уже вырвалась в центральную, западную и юго-западную части Земландского полуострова.

К началу февраля подошли к новой линии обороны — восточнее Кранца (ныне Зеленоградск), у Ляптау (посёлок Муромское). Здесь враг упёрся всерьёз. Несколько дивизий, контратаки одна за другой, бетонные укрепления, которые не брали обычные снаряды. Днём бой, ночью бой. За сутки могли не продвинуться и на сто метров.

Тогда сделали то, что на войне часто решает больше грубой силы: вперёд пошла разведка. Искали слабые места, проходы, промежутки между огневыми точками. Нашли. Ночью полк ударил внезапно и прорвался там, где его не ждали.

Рано утром 4 февраля 292-й полк первым вошёл в Кранц. Немцы сопротивления почти не оказали — сразу начали отходить вдоль берега моря. Маршавин быстро расставил батальоны: один — к косе, другой — на западную окраину, в сторону Нойкурена. Нужно было закрепиться, потому что война и в пустом городе остаётся войной.

Штаб разместили в доме на Кёнигсбергерштрассе (ныне улица Пограничная, дом 2). Оттуда ушёл короткий доклад: «Город Кранц взят нашими войсками».

«Наше появление оказалось для немцев неожиданностью. Город жил странной, тревожной жизнью. Магазины ещё работали. Увидев советских солдат, одни хозяева поспешно закрывали двери, другие бросали всё и убегали. На улицах было много мирных жителей и переодетых немецких солдат, пытавшихся затеряться в толпе.

В одном из домов увидели портного. Он спокойно сидел за работой среди развешанных заготовок и даже не поднял головы. Будто за окном не было ни войны, ни бегущей армии, ни чужих солдат на улицах.

Первым в город ворвался батальон капитана Спиридона Полищука. Но задержались ненадолго. Несколько часов — и снова в путь, вдоль моря, вслед за отходящим врагомНаше появление оказалось для немцев неожиданностью. Город жил странной, тревожной жизнью. Магазины ещё работали. Увидев советских солдат, одни хозяева поспешно закрывали двери, другие бросали всё и убегали. На улицах было много мирных жителей и переодетых немецких солдат, пытавшихся затеряться в толпе.

В одном из домов увидели портного. Он спокойно сидел за работой среди развешанных заготовок и даже не поднял головы. Будто за окном не было ни войны, ни бегущей армии, ни чужих солдат на улицах.

Первым в город ворвался батальон капитана Спиридона Полищука. Но задержались ненадолго. Несколько часов — и снова в путь, вдоль моря, вслед за отходящим врагом» — вспоминал Яков Маршавин

За Кранцем снова был враг, снова новая линия обороны, снова контратаки у Побетена (ныне Романово). Остатки немецких частей цеплялись за каждый рубеж, стараясь удержать побережье Земланда. 

Дальше на пути лежал широкий канал. Опять вода, опять преграда. Решили обходить по шоссе.

Война шла к концу, но сама заканчиваться не хотела.

13 апреля начался последний бой за Земланд — (ныне Калининградский полуостров). Немецкая группировка, прижатая к морю, ещё держалась, ещё цеплялась за каждый посёлок, за каждую высоту, за каждую дорогу. Но было видно: конец уже близок.

292-му полку поставили задачу прорвать оборону и выйти к побережью. Всё, как всегда, выглядело просто на карте: стрелка вперёд, несколько названий, линия ручья. На земле это были траншеи, пулемёты, проволока, мокрый песок и люди, которым предстояло идти под огнём.

Первым поднялся батальон капитана Полищука. После упорного боя взяли Побетен (ныне Романово). Немцы отходили, огрызаясь короткими контратаками. Батальон пошёл за ними и сумел скрытно выйти к Раушену (ныне Светлогорск). Это был уже не просто бой, а охота: кто кого обойдёт, кто раньше перережет дорогу, кто успеет первым.

Немцы не заметили батальон у себя в тылу. Когда началась атака, отходить им было уже некуда. Часть противника уничтожили, более четырёхсот человек сдались в плен. Остались повозки, орудия, брошенное имущество — обычный след разбитой армии.

Дивизия не задерживалась. Приказ был один — развивать успех вдоль моря. Вперёд — на Нойкурен, дальше на Раушен, потом к Брюстерорту (ныне мыс Таран). В последние дни войны никто уже не считал взятые километры. Считали часы.

По дороге батальон Полищука вышел к немецкому аэродрому. Взяли его внезапно, с ходу. На стоянках остались самолёты, рядом — лётчики, техники, обслуга. Всё это уже не походило на крепкую оборону. Это был распад. Но и обречённый враг стреляет не хуже.

На подступах к Раушену сопротивление было упорным. Бой шёл на окраинах. Курортные дома, пансионы, аллеи ещё стояли целы, будто война прошла стороной. Только где-то за соснами били пулемёты и рвались мины.

Раушен был одним из последних узлов обороны на побережье. После его потери немцев окончательно прижало к морю. Они ещё дрались, но уже без надежды.

Оперативная сводка штаба 

115-й стрелковой дивизии

15 апреля 1945 года

Сохранившиеся документы 115-й стрелковой дивизии подробно фиксируют ход последних боёв на Земландском полуострове. В оперативной сводке штаба дивизии от 15 апреля 1945 года описывалось развитие наступления частей дивизии после прорыва немецкой обороны21 .

В документе отмечалось, что противник, потерпев неудачу в ходе советского наступления 13 апреля 1945 года, продолжал оказывать упорное сопротивление на промежуточных рубежах, используя заранее подготовленные позиции, минные поля и артиллерийский огонь [2]. Немецкая оборона поддерживалась пулемётами, миномётными батареями, 75-мм орудиями и средствами прямой наводки [3].

Части дивизии возобновили наступление утром 14 апреля. Противник занимал рубежи в районе курганов северо-западнее Альткинкена и высот у населённого пункта Рантау [4]. Перед рассветом советская разведка обнаружила скопления немецкой пехоты и автомашин в районе Рантау и юго-западнее него [5].

В сводке указывалось, что противник широко применял инженерные заграждения. Перед передним краем обороны находилось большое количество минных полей, были заминированы дороги и отдельные участки местности [6].

Авиация противника в течение суток вела разведывательные полёты над расположением частей дивизии и периодически вступала в воздушные бои с советской авиацией [7].

В 13 часов 30 минут 13 апреля после двадцатиминутной артиллерийской подготовки 476-й стрелковый полк перешёл в наступление и стремительным броском форсировал ручей Побетенер-Мюленфлис [8]. Несмотря на сильное сопротивление противника, полк прорвал первую линию траншей и к 17:00 овладел рядом опорных пунктов [9].

Развивая успех, подразделения 510-го стрелкового полка продолжили продвижение вперёд, преодолевая минные поля и очаги сопротивления [10]. Особенно тяжёлые условия сложились у 637-го стрелкового полка, которому пришлось прокладывать проходы в минных заграждениях непосредственно под огнём противника [11].

К исходу дня части дивизии продолжали наступление, ломая оборону противника на рубеже курганов северо-западнее Альткинкена и высот западнее Рантау [12]. В документе отдельно фиксировалось положение частей:
— 637-й стрелковый полк находился западнее Альткинкена;
— 510-й стрелковый полк — северо-западнее Рантау;
— 476-й стрелковый полк — северо-западнее станции Побетен — Рантау [13].

На 14:00 14 апреля дивизии была поставлена задача продолжать развитие наступления в направлении Альткинкен — Рантау — Нойкурен — Раушен и выйти к побережью Балтийского моря [14].

Артиллерия дивизии в течение суток поддерживала наступающие части непрерывным огнём, подавляя артиллерийские батареи и огневые точки противника [15].

Даже в последние недели войны язык документа остаётся предельно сухим и точным: рубежи, часы, населённые пункты, расход боеприпасов, потери. Но за этими строками — непрерывное движение вперёд, тяжёлые бои и последние человеческие усилия перед окончанием войны.

Библиографические ссылки

1. .

2. Там же.

3. Там же.

4. Журнал боевых действий 115-й стрелковой дивизии. Апрель 1945 г. ЦАМО РФ.

5. Оперативная сводка штаба 115-й стрелковой дивизии от 15 апреля 1945 г. ЦАМО РФ.

6. Там же.

7. Документы штаба 43-й армии. ЦАМО РФ.

8. Оперативная сводка штаба 115-й стрелковой дивизии от 15 апреля 1945 г.

9. Там же.

10. Журнал боевых действий 103-го стрелкового корпуса. Апрель 1945 г. ЦАМО РФ.

11. Оперативные документы инженерных частей 43-й армии. ЦАМО РФ.

12. Журнал боевых действий 115-й стрелковой дивизии.

13. Оперативная сводка штаба 115-й стрелковой дивизии от 15 апреля 1945 г.

14. Боевое распоряжение штаба 103-го стрелкового корпуса. Апрель 1945 г. ЦАМО РФ.

15. Документы артиллерии 115-й стрелковой дивизии. ЦАМО РФ.

Архивная справка. Боевое распоряжение штаба 103-го стрелкового корпуса от 15 апреля 1945 г.

Сохранившиеся документы штаба 115-й стрелковой дивизии позволяют увидеть последние дни войны не в общих словах, а в сухом языке фронтовых донесений. В одном из таких документов — оперативной сводке от 15 апреля 1945 года — подводились итоги наступления дивизии в ходе Земландской операции [1].

В документе отмечалось, что дивизия, продолжая наступление с 13:00 13 апреля 1945 года, прорвала оборону противника на участке до 25 километров по фронту и овладела рядом населённых пунктов, среди которых Гросс-Курен, Гросс-Линденау и другие поселения Земландского полуострова [2].

Особо подчёркивалось, что в ходе боёв были полностью разгромлены части 505-го немецкого сапёрного батальона [3].

Согласно приказу командира 103-го стрелкового корпуса, подразделения 576-го стрелкового полка совместно с 2-м батальоном 43-го инженерного полка к полудню 15 апреля заняли оборону на новом рубеже южнее населённого пункта Вискобитен [4].

Одновременно от каждого стрелкового полка выделялись специальные группы для прочёсывания лесных массивов, выявления скрытых огневых точек и ликвидации разрозненных групп противника, оставшихся в тылу наступающих частей [5].

В сводке указывались и потери противника. По данным штаба дивизии, немецкие части потеряли убитыми и ранеными свыше тысячи солдат и офицеров. В плен было взято 6013 человек, среди них один майор и три капитана [6].

В качестве трофеев дивизия захватила значительное количество вооружения и техники:
— 72 орудия различных калибров;
— 67 миномётов;
— около 600 автомашин;
— 200 пулемётов;
— 18 тягачей;
— 10 паровозов;
— 250 вагонов;
— 50 самолётов;
— до 400 локомобилей;
— до 500 складов с боеприпасами и имуществом;
— 23 катера;
— 3 баржи [7].

Собственные потери дивизии также фиксировались предельно точно: убитыми — 13 офицеров и 49 сержантов и рядовых; ранеными — 15 офицеров и 213 бойцов рядового и сержантского состава [8].

Эти строки написаны языком военной канцелярии — кратким, почти безэмоциональным. Но за каждой цифрой здесь стоят люди, усталость последних боёв и та цена, которой доставалась победа.

Библиографические ссылки

1. Архивная справка. Оперативная сводка штаба 115-й стрелковой дивизии от 15 апреля 1945 г. ЦАМО РФ.

2. Там же.

3. Там же.

4. Боевое распоряжение штаба 103-го стрелкового корпуса от 15 апреля 1945 г. ЦАМО РФ.

5. Журнал боевых действий 115-й стрелковой дивизии. Апрель 1945 г. ЦАМО РФ.

6. Архивные документы 43-й армии. ЦАМО РФ.

7. Оперативная сводка штаба 115-й стрелковой дивизии от 15 апреля 1945 г. ЦАМО РФ.

8. Там же.

17 апреля Земланд был почти полностью очищен. За эти недели дивизия прошла от Тильзита (ныне Советск) до побережья, форсировала реки, обходила каналы, ломала укреплённые полосы. Всё это звучит торжественно. А если проще — люди шли вперёд, мёрзли, падали, поднимались, тащили орудия, копали землю, стреляли и делали своё дело.

Так и брали победу. Не одним большим ударом, а тысячами маленьких человеческих усилий, за каждым из которых стояли усталость, страх, упрямство и долг.

Библиографические ссылки

1. Боевой путь 115-й стрелковой дивизии. Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ).

2. Исаев А. В. Восточно-Прусская операция 1945 года. — М.: Яуза, Эксмо, 2014.

3. Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. — М.: АПН, 1971.

4. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941–1945 гг. Т. 5. — М.: Воениздат, 1963.

5. Гланц Д. Последний год войны на Восточном фронте. — М.: Центрполиграф, 2010.

6. Архивная справка о действиях 292-го стрелкового полка. ЦАМО РФ, ф. 115 сд.

7. Боевые донесения 103-го стрелкового корпуса за январь 1945 г. ЦАМО РФ.

8. Самсонов А. М. Крах фашистской агрессии 1939–1945. — М.: Наука, 1980.

9. Оперативные документы 43-й армии. ЦАМО РФ.

10. Василевский А. М. Дело всей жизни. — М.: Политиздат, 1978.

11. Duffy C. Red Storm on the Reich. — London: Routledge, 1991.

12. Mitcham S. German Order of Battle. Vol. 1. — Mechanicsburg, 2007.

13. Боевые действия 39-й армии в Восточной Пруссии. ЦАМО РФ.

14. Фризер К. Восточный фронт 1943–1945. — М.: АСТ, 2010.

15. Журнал боевых действий 115-й стрелковой дивизии за февраль 1945 г. ЦАМО РФ.

16. Архив администрации города Зеленоградск.

17. Донесение штаба 292-го стрелкового полка от 4 февраля 1945 г. ЦАМО РФ.

18. Наградной лист капитана Спиридона Полищука. ЦАМО РФ.

19. Земландская наступательная операция. Военно-исторический журнал. № 4, 1985.

20. Боевое распоряжение штаба 103-го стрелкового корпуса от 14 апреля 1945 г. ЦАМО РФ.

21. Журнал боевых действий 43-й армии. Апрель 1945 г. ЦАМО РФ.

22. Василевский А. М. Дело всей жизни.

23. Архивные материалы по штурму Земландского полуострова. ЦАМО РФ.

24. История города Светлогорск. Калининградский областной архив.

25. Великая Отечественная война 1941–1945: Энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия, 1985.